Медитация и музыка.

Сегодня мы рассмотрим, как влияет на мозг занятие музыкой, а также ее прослушивание, поразмышляем о выразительных средствах музыки, о том, как можно использовать музыку йогам. Начну с моей излюбленной цитаты Татьяны Черниговской «Искусство – не десерт!» Да, многие думают, что искусство можно есть, а можно и не есть - воздержаться после обеда. Однако это стоит есть, по мнению профессора! Искусство меняет наш мозг, развивает его - и в плане восприятия, и в плане творчества.

Творческие люди мало того, что активизируют мозг, они поднимаются в процессе творчества до космических высот! К примеру, импрессионисты узнали про зрение такое, на что ученым потребовалось несколько десятилетий после импрессионистов. Пруст написал про память такое, что до сих пор написано во всех учебниках по памяти. Творцы в искусстве выхватывают такое, что недоступно ученым. Они смотрят на мир свежим взглядом, незамутненным какими-то традициями. Эта позиция WONDERING BRAIN из лексикона нейрофизиологов (позиция удивленного ума) позволяет выйти за границы привычного и объять необъятное, увидеть невидимое, услышать тончайшее, божественное.

Если вскрыть мозг, то там, естественно, всего лишь ткань. Это всего лишь физическая оболочка разума по йоговским стандартам. Рассказывают, что как-то один журналист спросил известного архимандрита, который имел научную степень профессора-нейробиолога, увидел ли он там при вскрытии УМ. Архимандрит изящно парировал вопрос, он сказал, что там, собственно, он и совести не увидел!

Тем не менее исследование мозга музыкантов говорит о том, что занятия музыкой приносят огромную пользу мозгу в плане его развития, они координируют движения пальцев, трансформируют, улучшают серое вещество, меняют даже его объем, то есть на анатомическом уровне мозг меняется.

А вообще у тех, кто занимается музыкой, идет очень сложный процесс, задействующий большинство отделов мозга. Это командная работа с постоянным изменением ролей – слух, зрение, движения пальцев, эмоции... Как и у танцовщика, кстати. Ведь танец танцуется мозгом, а не ногами, как говорят ученые. Тут и разные партии рук, ног, головы, корпуса, тут ритм, баланс, эмоции, музыка. И в мозге при этом развивается нейронная сеть неимоверной сложности! - Каждый нейрон своими щупальцами соединяется с множеством других! Практически весь мозг работает, все зоны. Во время исполнения музыки – огромные участки нейронной сети участвуют.

Настоящую активность мозга, которая наблюдается при решении творческих задач, сравнивают с активностью мозга во время исполнения джазовой импровизации. Вообще импровизация в области искусства реальна, только если ты отлично владеешь инструментом. Это такая свобода маневра, которая основывается на базе многих лет обучения и тренировки по большому счету. И только тогда в импровизации ты уже абсолютно свободен, хотя и не знаешь, где будешь через 5 минут, рискуешь – и получаешь новый ход, нечто совершенно новое даже на основе давно известного.

Нейронная сеть, отвечающая за творчество, очень большая, ее много изучают. Разделили было людей на право и лево-полушарных – но это полная мура, как сегодня уже признают нейробиологи. Человек может и готовить отлично, и на флейте играть, и вообще еще отточить 100 способностей. То есть творческая активность, как правило, активизирует максимальное количество нейронных сетей. Хотя есть изобретающие категории людей, есть воплощающие – это немного разные связи.

«Мозг – сложная самоорганизующаяся система, но любая система кем-то управляется сверху, но вот кто управляет мозгом – большой вопрос!» – иронично подсмеивается Т.Черниговская. Она же говорит, что творческий человек должен уметь отпускать мозг на свободу. И очень иногда полезно не давать ему никаких заданий, дать ему бродить, как кошка,самому по себе - думать, о чем хочет, не оглядываться на авторитеты. Ведь все, что написано в учебниках – уже прошло и устарело! Да здравствует WONDERING BRAIN! Прорывы и открытия – они происходят не по плану, а когда вы как бы отпускаете себя на свободу, может, даже лентяйничаете. И такое вот состояние помогает заметить что-то новое, необычное, либо те плоды работы разума, которые созрели, ведь в разуме не затихает постоянная работа, которая происходит неосознанно. Главное, в нужный момент снять контроль и не бояться ошибок! Творческие люди, как правило, любят рисковать!

СОВЕТ РОДИТЕЛЯМ: Занятия музыкой в раннем возрасте ускоряют работу мозга невероятно. Улучшается качество нейронной сети, пластичность мозга повышается. Человек, который много читает (есть такие книгочеи, которые, кроме этого, ничего не делают), кстати, заражается ленью "недуманья", т.е. мозг не работает, а уже выполняет шаблонную операцию. И не успеешь оглянуться, а он уже плохо думает. Но читать все же очень полезно, сочетая чтение с другими навыками (изложение, анализ и т.д.). И конечно, всему нужна мера.

Влияние музыки на мозг человека

(доклад студентки Оксаны Михленко)

Из лекции Т. Черниговской «Искусство и мозг»: "Музыка влияет на мозг чрезвычайно сильно, особенно если ей ребенок начинает заниматься рано. Имеет смысл всех детей учить музыке не для приличия, а потому что это очень сильное воздействие на мозг."

Какие зоны мозга задействованы? - Много разных зон. Но, как это ни парадоксально, основные зоны, которые заняты обработкой музыки, находятся очень близко или совсем в тех же местах, где речевые. Поэтому даже говорят о синтаксисе музыки.

Музыка приучает мозг человека к концентрации, к выделению слухового сигнала из некого общего фона, к чувствительности к ритму, к очень маленьким изменениям в спектрах. Она делает очень серьезную работу, возможно, что более важную, чем речь.

Ранний музыкальный опыт, а также музыкальная деятельность (пение, слушание музыки, движение под музыку, анализ музыкальных произведений, музицирование, музыкальное творчество и т.д.) открывают доступ к врожденным механизмам, ответственным за восприятие, понимание музыки и расширяют использование этих механизмов для образования других высших функций мозга.

Профессор Чеффилдского Университета Кэйти Овери сформулировала 7 аспектов так называемых «интеллектуальных выгод» от музыки. К ним относятся:

1. повышение уровня читательских навыков

2. повышение уровня речевых навыков

3. улучшение навыков, необходимых для решения пространственных и временных задач

4. улучшение вербальных и счетно-арифметических способностей

5. улучшение концентрации внимания

6. улучшение памяти

7. улучшение моторной координации.

В 2008 году преподаватели Сент-Эндрюсского университета (UniversityofSt. Andrews), обнаружили, что дети, занимающиеся музыкой около трех лет, превосходят своих сверстников сразу по четырем показателям: восприятие информации на слух, моторика, словарный запас и логическое мышление.

Классическая музыка и мозг

«Музыка - наука о гармонии» утверждал Кассеодор Сенатор. По мнению Платона гармония, заключенная в произведениях искусства, «водворяет гармонию в души людей, а, значит, делает их добродетельными. Созерцание гармонии в движении звуков поворачивает душу к познанию добра».

Большой интерес ученых к положительному воздействию классической и духовной музыки на мозг человека вылился в ряд исследований на эту тему. Было выявлено, что музыка оптимизирует функции головного мозга даже взрослого человека и, совершенствует процессы мышления и стимулирует учебные процессы.

Музыка, в которой звуки, ритм и музыкальный рисунок подчинены законамгармонии - консонанс, оказывает благотворное воздействие на здоровье и развитиене только человека, но и всех живых существ. Очень полезна так называемаямузыка природы. Звуки моря, шум дождя, голоса дельфинов успокаивают, умиротворяют, звуки леса снижают кровяное давление, нормализуют работу сердца, пение птиц помогает собраться с мыслями, вызывает прилив положительных эмоций.

Музыка Баха и Генделя, написанная в стиле барокко, обладает

расслабляющим эффектом, улучшает память, помогает при изучении иностранных языков. Большинство произведений Моцарта, Вивальди, Баха имеют идеальный ритм – 60 ударов в минуту, что соответствует естественному биению сердца.

Классическая музыка и жертвы инсульта

На сайте Американской ассоциации трудотерапии были опубликованы результаты небольшого исследования, которое показало, что классическая музыка имеет даже некие реабилитационные свойства.

Эксперимент проводился при участии 16 пациентов, перенесших инсульт правого полушария головного мозга. На протяжении одной недели исследователи вели наблюдение за тем, как классическая музыка, белый шум и тишина влияют на внимательность и визуальное восприятие каждого больного. Тишина и белый шум не оправдали ожиданий ученых, а вот классическая музыка значительно увеличила длительность концентрации внимания пациентов и улучшила их визуальную память.

Звуковые частоты и их влияние

Частота «работы» головного мозга составляет примерно 8 Гц. Инфразвуки такой же частоты рано или поздно вызывают в нервных клетках резонанс. «Игра» частотами ускоряет сердечный пульс, увеличивает количество адреналина в крови, вызывает искусственное возбуждение.

Исследования показали, что звуки низкой частоты оказывают по большей части негативное воздействие на человека. Они вызывают упадок сил, депрессию или воспринимаются как угрожающие, например грохот землетрясения, сход лавины, гром, разрушение здания.

Напротив, звуки высокой частоты в благоприятном для человека диапазоне влияют на нас благотворно, повышая уровень энергии, вызывают радость и хорошее настроение. Высокочастотные звуки активизируют мозговую деятельность,улучшают память, стимулируют процессы мышления, в то же время снимая мышечное напряжение и производя различную балансировку вашего тела.

После исследования музыки, написанной различными композиторами, французский отоларинголог Альфред Томатис выяснил, что музыка Моцарта в наибольшей степени содержит в себе высокочастотные звуки, подзаряжающие и активизирующие мозг. Что интересно, что также важен расширенный речевой диапазон (от 60 до 6000 Гц) потому, что речь представляет собой сложные сигналы, которые помимо основных тонов содержат еще много кратных им по частоте гармоник. Наш родной русский язык в этом смысле очень перспективный, потому что включает как очень низкие, так и очень высокие частоты.

О звуковых волнах

Все в нашей вселенной пребывает в состоянии вибрации, в том числе и тело каждого из нас.Каждый орган, каждая кость, ткань и клетка обладает «здоровой» резонансной частотой. Если эта частота изменяется, орган начинает выбиваться из общего гармоничного аккорда, что, соответственно, влечет за собой болезнь. Болезнь можно излечить, определив верную, «здоровую» частоту органа и направив на него волну этой частоты. Восстановление природной частоты в органе ведет к выздоровлению.

Установлена жесткая связь между частотой звуковых колебаний, конкретными органами человеческого организма и физиологическими процессами.Проведены тысячи экспериментов на растениях, животных и людях,доказывающих влияние звука на живой организм. Мимоза и петуния от мажорных мелодий растут гораздо быстрее и расцветают на две недели раньше положенного срока. Под воздействием классической музыки коровы дают больше молока. У собак породы Пинчер кровяное давление в зависимости от мелодии может меняться на 70 мм ртутного столба. Тесто поднимается в несколько раз быстрее и становится пышнее и вкуснее от музыки Моцарта.

В Японии провели эксперимент, в котором участвовали 120 кормящих матерей. Одна половина из них слушала классическую музыку, вторая – популярную. В первой группе количество молока у женщин увеличилось на 20%, во второй группе – уменьшилось на половину.

И еще одна интересная теория, которая непосредственно связана со звуковыми волнами и всей нашей жизнью. Инстинкты и рефлексы размещаются в высокочастотной области (т.е. на коротких волнах). А вот то, что связано со смыслом жизни, например, тайнами мироздания, сложными вопросами бытия, может разместиться только в области длинноволновых процессов, которые, кстати, нужно заботливо поддерживать, ибо, сложные вопросы требуют размещения большого количества информации в одном периоде волны. Потому и волны длинные и некоторые длинноволновые процессы превышают короткий век человека.

Язык звуков – один из множества.

Языков для коммуникации множество – жесты, выражения лиц, одежда, музыка, математика… И речь … Никто не отрицает важности речи, но есть и другие средства общения. Ведь речь, слова – это скорее мыслительный процесс - обдумывание и формирование информации, тут все на интерпретации. Поэтому можно ли назвать речь самым идеальным средством общения? – Большой вопрос!

Галилей писал, что математика – это язык природы. Что Математика содержится в самой природе. Что Господь написал книгу природы языком математики. Так же и с музыкой. Музыка – древнейший язык. Но и для математики, и для музыки нужен субъект, причем подготовленный! Языку музыки надо учить. Иначе великие произведения будут навевать сон, как высшая математика на школьника. Представьте, если бы нам сейчас включить китайский язык и заставить слушать полчаса – мы будем дремать…. У человека на нейронной сети должно быть много чего написано, чтобы он понял, например, величайшего композитора 20 века Альфреда Шнитке. Шедевр фольклора "Во поле березка стояла", светлый, наивный и милый в своей простоте – это очевидно, это привычно, это штамп. Это никак не влияет на активность мозга и его развитие. Впрочем то же можно сказать и о попсе, и о шансоне, культивирующих доступность и примитивизм чувств, эмоций и формы выражения.

Как происходит общение при помощи удивительного языка музыки.

В музыке происходит процесс общения между композитором и слушателем, и еще есть важный посредник - исполнитель. И общение это идет через музыкальные образы.

Как же пишется этот божественный текст? - Композитор мыслит музыкальными образами. Его личные чувства, переживания, мысли, размышления, а также образы, отражающие какое–либо проявление природы, событие из жизни человека, народа, человечества и т.д. – все это он рассказывает или воплощает языком звуков, мелодии, ритмов, гармоний.

Как в его голове зарождаются эти образы? На самом деле это синтез музыкальных впечатлений и творческого воображения. И позволю себе предположить, что все это происходит не магическим путем, а в особом состоянии над умом. Хотя композитору нужно не мало учиться, чтобы уметь воспользоваться огромным арсеналом музыкально-выразительных средств для воплощения музыкального образа. Чтобы не на трех аккордах, допустим, а на 50 инструментах симфонического оркестра выразить характер образа и его историю. То есть если богатство воображения и впечатлений сочетается с богатством изобразительных средств, то и воздействие на слушателя будет многогранным и многоступенчатым даже. Вот почему шедевры слушаешь – и каждый раз что-то новое, новый пласт!

Музыкальные образы бывают:

лирические - образы чувств,

ощущений; эпические - описание;

драматические - образы-конфликты, столкновения;

сказочные- образы-сказки, нереальные;

комические- смешные.

И как же складывается яркий образ? – Это такой же поэтический вдохновенный посыл, такой момент сверхвидения и сверхчувствования…

«Для образования жемчужины в раковине, лежащей на дне океана, нужна песчинка, что-то инородное и неправильной формы.»- Альфред Шнитке. Это прямо тема для медитации – подобно буддистскому коану.

ПРАКТИКА №1

Медитация-размышление над образом: «Для образования жемчужины в раковине, лежащей на дне океана, нужна песчинка, что-то неправильное, инородное, совсем как в искусстве, где истина великая часто рождается не по правилам».

Восприятие.

Как музыка - этот божественный текст - воздействует на слушателя?

Музыку называют волшебной песней Вселенной..., звучащей поэзией... Эмоции, чувства, образы - она любое явление мира рассказывает звуками, волшебными вибрациями. Но все в мире и так вибрация, как говорят йоги. Но йогам интересна цель – познать самые тончайшие вибрации, насладиться самым тончайшим из наслаждений, чтобы соединить каму и рупу и познать, как устроена Вселенная. А что же музыка может рассказать йогу? - Интересный вопрос!

Слушание музыкального образа, т.е. жизненного содержания, воплощенного в музыкальных звуках, это сложный многоплановый ментальный процесс восприятия. Тут некое духовное содержание передается слушателю. И совершенно неважно, каким образом происходит передача: прозвучит это произведение или оно будет только мысленно воспринято при просмотре нотной записи. Главное, что заложенные в музыке смыслы будут транслироваться, передаваться посредством музыкальной речи в невербальной (несловесной) форме.

Восприятие музыки – это процесс раскодирования чувств и мыслей, заложенных композитором и воспроизведенных исполнителем. В музыке как бы живет душа композитора, и она вступает в своеобразный диалог с душой слушателя, и таким образом эмоциональный опыт прошлых поколений передается последующим. Передаются какие-то национальные и культурные пласты.

ПРАКТИКА №2

Мы будем слушать три коротких музыкальных отрывка, каждый примерно длится 2 минуты. И тут же просьба писать ниже свои впечатления – односложно, двусложно, как угодно! Каждый отрывочек можно прослушать 3 раза, если надо.

И при прослушивании попробуйте научиться неотрывно следить внутренним слухом за звучащей мелодией, старайтесь ни на мгновение не отпускать ее из зоны своего внимания – пусть это будет дхараной! Мелодия должна стать той тропинкой, по которой вы пойдете, пойдете … и посетите какие-то потаенные уголки своей души – и не только своей, но и композитора, который эту музыку писал. Возможно, вы сольетесь с образом так, что сможете видеть его изнутри, возможно, будете наблюдать его со стороны… в любом случае вы сможете постигнуть какие-то его черты и внутренние закономерности…

Опишите этот образ, либо череду образов, либо действия, либо эмоции, которые в вас разбудит музыкальный отрывок, используя различные языки выразительности.

1-й - описать словами,

2-й - нарисовать,

3-й – движение, жесты, танец

И заметьте, какой язык вам ближе для описания музыкального образа. Будьте свободны, уловите этот импульс!

Как слушать музыку – вопрос не праздный.

Мы чаще всего застреваем на каком-то одном стиле, композиторе… И можно сказать, ленимся или боимся выйти за границы. Хотя ведь чтобы изучить какой-то другой, новый музыкальный язык, не надо зубрить иностранные слова. Знакомство с ним происходит через вхождение человека в иной звуковой мир. Сосредоточился на музыке, слился с ней, и раз - ты уже в новой культуре, где совершенно особенное, свое мироощущение, свои образы, эмоции. Ведь музыкальный язык универсален в каком-то смысле. Просто чтобы понимать эти новые пласты, новый музыкальный язык, нужно как можно больше слушать разной музыки - хорошего качества и обязательно в хорошем исполнении. Нужно слушать и учиться слышать - распознавать ее особенности! И тут, скажу по опыту, без проводника не обойтись. Вам очень помогут уроки таких замечательных преподавателей и музыкантов, как Говард Гудал и Жан Франсуа Зижель, но и других…

Цикл «Как устроена музыка» Говарда Гудала и «Ключи от оркестра» с Жан Франсуа Зижелем я настоятельно рекомендую и взрослым, и детям. Это увлекательнейшее путешествие поможет легко настроиться на изучение и понимание музыки.

Интересно, что новое произведение слушатели всегда сравнивают с тем, что они слушали раньше, по мнению психологов. И это согласуется с известной йогам моделью преобразования новых форм в буддхи. Далее слушатели включают его в знакомый им контекст, кстати, чаще всего неосознанно. И если новая музыка обладает яркими признаками какого-либо известного им жанра, то она вызывает в воображении слушателя знакомые образы, присущие этому жанру. Если же произведение настолько незнакомо, необычно, неожиданно, что не может вызвать в воображении слушателя соответствующий контекст, то оно не будет воспринято как художественно-содержательная музыка. Как ни печально, но это в равной степени относится как к шедевру, так и к самой заурядной композиции. Вот, как ни обидно, но надо признать, тут мы заложники. Но только не те, кто это осознал и развивает свою музыкальную культуру.

Кто бы мы ни были – экстраверты, интроверты, чувствительные, толстокожие, молодые, пожилые - вместе с ростом музыкального опыта и расширением кругозора развиваются музыкальные способности, совершенствуются психодинамические показатели мозга, расширяются нейронные сети. И музыка, которая была изначально далека от природного темперамента человека, его опыта, начинает нравиться слушателю. Он оценивает высоко ее внутренний смысл, многогранные образы.

О трансформации музыкального языка.

Интересно, что темпы изменения музыкального языка, если взять от раннего средневековья и до наших дней, постоянно ускорялись. В XVIII веке была определенная стабильность даже в мелодии – а это самый подвижный компонент музыки. В XIX веке тоже довольно мало менялись лады, гармонии, формы произведений. Но уже в XX веке композиторы очень активно искали пути создания "своего музыкального языка". И стабильных компонентов вообще не осталось, все подвижно. Разве что используют те же самые музыкальные звуки – это все! Это на психику определенным образом действует, надо заметить. И я хочу указать на практический момент в этом плане – для успокоения, стабилизации эмоций наиболее эффективно использовать именно ту музыку с стабильными параметрами, она – непревзойденна в этом смысле. И преподавателям йоги это также полезно понимать.

Еще Пифогор исследовал воздействие музыки на психику и даже считал, что нашел частоту, которая может гармонизировать… И позже, уже после Пифагора стали это использовать - используют целительные свойства музыки, и не только в плане психотерапии, к сожалению, в целях недобрых тоже...

И хотя с глубокой древности люди сохраняли понимание о целительных божественных частотах, тех, которые переоткрыл Пифагор, но в 20 веке съехали с ранее принятых мировых стандартов.  И этот стандарт воспроизведения музыки воздействует на мозг возбуждающе, в отличие от общепринятого на протяжении столетий стандарта, который воспринимается более естественно и гармонично. И это не спроста, ведь эта частота, оказывается ближе природным вибрациям живой Вселенной. Интересные факты и теории о причинах изменения натурального звукоряда, присущего древним музыкальным культурам запада и востока, читайте в дополнительном материале.

Как же мы воспринимаем то, что было замыслено композитором?.... Что воссоздается в сознании слушателя? - А получается такая проекция нашего внутреннего мира на причудливое зеркало звучащей музыкальной ткани. И содержание этих образов, как и в образах сновидений, дает богатый материал для исследования йогу. Будут всплывать из прошлого опыта зоны подавленного конфликта и заблокированных переживаний, которые сказываются на нынешнем состоянии души и тела. То есть каждый по-своему воспринимает музыкальный образ композитора. А йогам есть, что наблюдать!

ПРАКТИКА 3

Сейчас мы послушаем 5-минутный отрывок 2 раза.

1-е прослушивание. Задача - осознать, какие области тела реагируют наиболее ярко. Интересны области локализации чакр. Ощутите, как ваше тело переживает эту историю.

2-е прослушивание. Задача: попробуйте по-своему раскодировать историю, который рассказал нам автор. Тут можно на уровне эмоций описать, либо в повествовательной форме…

Все описания размещаем в группе SANYAMA vkontakte, в обсуждении "ИСКУССТВО И МЕДИТАЦИЯ".

Прослушивание музыки.

Эффект от музыкального произведения во многом зависит от особенностей психологического склада, воспитания и музыкального опыта, конечно! Кстати, реакции при прослушивании музыки мы можем наблюдать и на ментальном, психологическом уровне, и на физическом – внешние реакции. Внутреннее переживание часто проявляется в движении тела – покачивания, движения рук, какие-то сжатия и расслабления отдельных частей тела происходят, иногда это плач. В психологическом плане начинают оживать далекие переживания, забытые события, которые оказываются важными и влияют на состояние человека сегодня.

В общем можно просматривать целый спектр ассоциативных связей и работать с ними. То есть прослушивание музыки можно превратить в медитацию – в тонкую йогическую практику. Надо смело шагнуть в этот мир, в пространство воображения – рассматривать причудливые образы, настроения, краски… Позволяйте себе чувствовать, какие чакры вибрируют, какие эмоции прорабатываются. Получайте опыт и расширяйте свои практики, используйте это в преподавании. Ведь сейчас большинство не решаются шагнуть дальше, чем просто успокаивающий фон.

И сейчас повсеместно звучит успокаивающая музыка, несущая какую-то благость, умиротворение. Это понятно, почему! Ведь это неспроста востребовано. Это нужно, чтобы ментально расслабить человека после работы, дать ему дополнительно успокаивающую музыкальную капсулу, чтобы он оторвался от проблем. И капсула должна такой быть умиротворяющей, ясной…

Однако мы, йоги, понимаем, что работать надо не только с этим уровнем тонкого тела. Иногда полезно проработать и другие эмоции. А уж в хорошей музыке их – просто оркестр, не подобрать другого слова. Музыка – это такая мощь, такая вселенная, а мы берем только малюсенький кусочек.

Как можно еще использовать музыку в медитации?

И тут можно вспомнить, что йога всегда использовала вибрации разнообразно. И мы можем в своих медитативных упражнениях расширять границы и слушать музыку не только ушами, но вдыхать ее аромат при этом, чувствовать ее вкус на языке, ощущать кожей. Можно самому становиться звуком так, чтобы музыка пронизывала тебя от кончиков пальцев ног до корней волос!

Но хочу напомнить вам еще про другие известные вам методы использования музыки в медитативных практиках. Это во-первых, когда мы соединяем звучащую музыку со зрительными образами (слайды, картина, изображение), во-вторых, можно усилить при помощи музыки какие-то словесные формулы, образы, которые мы хотим донести до учеников. Это все можно использовать в ежедневных классах, надо только серьезно относиться к подбору музыки.

ПРАКТИКА №4 "Музыкальное тело"

Для этого упражнения лучше лечь, выключить свет.

Практика будет длиться несколько минут. Я расскажу последовательность действий заранее. А потом вы сами будете свободно регулировать процесс.

1.Вначале просто расслабьтесь 1-2 минуты.

2. Затем начните воспринимать музыку обеими вашими ступнями... и далее другими частями тела.

Обращайте на все ощущения, которые будут возникать в данной локализации тела, позвольте музыке присутствовать в этих ощущениях. Старайтесь не форсировать ощущения и никаких специфических ощущений не ожидать. Просто мягко переместите свой ум в ступни и чувствуйте все, что там происходит, слушайте музыку, звучащую у вас в ступнях.

Интеллектуальные доводы, что на самом деле вы слышите не ступнями, а ушами, ничего не стоят. Ведь на самом деле вы слышите умом, а не своими ушами. Важно лишь то, что желая слушать музыку в какой-либо из частей тела, вы будете переживать процесс слушания или чувствования в этом месте. Музыка просто помогает вам сосредоточить внимание на приятных, положительных чувствах в определенной части вашего тела - там, где вы ее слушаете.

Наслаждайтесь музыкой в ваших ступнях! Наслаждайтесь теми ощущениями, которые там возникают! Итак...

1. Ступни

2. голени

3. бедра, слушаем бедрами!

4. таз

5. живот

6. грудная клетка

7. спина

8. шея

9. плечи

10. ладони

11. лицо

12. кожа головы

13. пространство внутри головы

14. сердце

Воспринимайте музыку сердцем, погрузитесь в эти ощущения и наслаждайтесь ими! А дальше распространите то положительное ощущения, чувства, которые там возникнут на все тело.

Расслабьтесь, отпустите концентрацию. Воспринимайте!

Дополнительные материалы

Максим Абдуллаев (журнал "Наука", октябрь 2018г.) : Как пифагорова струна оказалась не ладна.  

Музыка состоит из звуков, а звук — это колебания среды, которая контактирует с нашей барабанной перепонкой (как правило, это воздух). Колебания эти могут быть гармоническими и негармоническими: звуки музыки относится к первым. Это значит, что если мы представим эти колебания в виде графика, то увидим аккуратную, красивую синусоиду. Негармонические колебания, то есть шум, выглядят как хаотическое нагромождение точек вдоль оси времени.

Для того чтобы какие-то колебания создать, нужно что-то поколебать. Исторически сложилось так, что люди использовали для этого струны и играли музыку на древних предках современной арфы, например на кифарах и лирах. Для того чтобы извлекать звуки разной высоты, нужны струны разной длины или натяжения — тут-то и возникает вопрос о том, как именно нужно натягивать струны. Иначе говоря, как настраивать инструмент.

Как с этой задачей справлялись самые древние музыканты, мы не знаем. Наверное, обходились чутьем, слухом и опытом. Первый дошедший до нас строгий способ настройки придумал человек, более известный как автор теоремы и штанов своего имени — Пифагор. Неизвестно, как это произошло на самом деле, но исторический анекдот про Пифагора и кузницу до нас дошел.

Согласно этому анекдоту, однажды Пифагор прогуливался по городу и, проходя мимо кузницы, услышал звон кузнечных молотов. Интервал между звуками, которые издавали два молота разного веса, показался ученому мелодичным, и Пифагор, наведя справки у кузнецов, узнал, что вес молотов, которые вместе звучали красиво, относился один к другому как целые числа — 2 к 1, 3 к 2, 5 к 4 и так далее. Пифагор стал экспериментировать со струнами и обнаружил, что высоты звуков, которые издают струны, точно так же соотносятся с длиной, как вес молотов с высотой звука от удара. Струна, что короче другой вдвое, звучит вдвое выше. А если взять две струны, длины которых относятся друг к другу, например, как 3 к 2, то и высота извлекаемого из них звука будет соотноситься как 3 к 2.

Пифагор выяснил, что самые приятные созвучия получаются, когда высота нот образует между собой пропорции целых чисел, и предложил настраивать инструменты, используя именно такие интервалы между нотами. Этот строй стал называться, конечно, пифагорейским.

Пифагорейский строй таил в себе изъян, который станет понятным, если мы представим себе настройку по способу древнего грека.

Предположим, что мы взяли струну произвольной длины и она играет ноту «до». Теперь мы берем еще одну струну и вспоминаем пифагорово открытие — она будет покороче, ее длина относится к длине первой как 2 к 3. Это будет нота «соль» — интервал между ними называется квинтой и считается одним из самых красивых созвучий. Потом можно взять струну, которая относится к «до» как 3 к 4. Это будет нота «фа», а интервал будет квартой. После этого можно настроить ноту «ре», взяв кварту от «соль» — струна для «ре» будет соотноситься со струной для «соль» как 4 к 3.

После этого можно взять «ля», отложив квинту от «ре» и взяв струну, которая короче струны для «ре» на треть. Или нет? Можно ведь взять «ля», использовав как эталон струну от «фа» и использовав соотношение 5 к 4. Если мы попробуем и так и эдак, то увидим, что «ля» получилась разная.

Это обнаружили и в древности, а этот зазор между разными «ля» назвали коммой. Если настроить инструмент так, что в нем будут коммы, то при игре неминуемо будут проскальзывать неприятные на слух созвучия.

Пифагора, впрочем, больше смутило другое: если построить на одном инструменте ряд нот, откладывая октавы, то есть струны с соотношением 2:1, а на другом — квинты (3:2), то эти два инструмента не будут звучать в унисон. Конечно, если семь раз взять квинту от самой первой «до», то получится, казалось бы, снова «до». Но это будет не та нота, которая должна была бы получиться, если бы мы взяли взяли четыре октавы от той же самой первой «до». Пифагор обнаружил, что сколько бы он ни шел дальше, звуки не совпадали, причем чем выше, тем расхождение было сильнее.

Пифагор пришел в ужас. Как для настоящего древнего грека, для него тем, на чем покоится все мироздание, были гармония, порядок и соразмерность. Любой отрезок можно было измерить отрезками поменьше, из всего можно было вывести систему, рассчитать и объяснить. Но октава не поддавалась. При делении пропорций октавы и квинты, таких прекрасных и чистых по отдельности, получались бесконечные дроби, которые казались Пифагору безумными. Ахилл на самом деле не догонял черепаху.

Пифагорейский строй хорошо подходил для той музыки, которую играли в античную эпоху. Проблемы начались позже, в Средневековье, когда появились новые инструменты и музыкальные формы. Как оказалось, пифагорейский строй не годился для совместной игры нескольких инструментов, исполнения полифонии и сложных произведений, написанных в нескольких тональностях. К тому же с пифагорейским строем очень сложно перевести произведение из одной тональности в другую: нельзя просто взять и сыграть то же самое произведение на тон выше — придется перенастраивать инструмент, потому что в противном случае он будет издавать какофонию.

Настройщики, композиторы и ученые ломали голову над тем, как избавиться от родовых болячек античной теории. В попытках как-то убрать комму ученые придумывали разные системы настройки, в которых комма просто «переезжала» из одной части звукоряда в другой или делилась на несколько частей поменьше.

Доходило до того, что в XV веке органисты подпиливали трубы своих инструментов, чтобы уменьшить плохие интервалы и убрать комму.

Конечно, при этом портилось звучание других интервалов, но всего-то чуть-чуть. Такую процедуру укорачивания назвали темперацией, то есть выравниванием.

Темперация стала решением проблемы. Практика перешла в теорию: ученые пришли к необходимости урезать или удлинить интервалы, рассчитав новые схемы настройки, чтобы ошибку, комму, «размазало» по всей гамме. Конечно, в новой системе пошли прахом пифагорейские красивые целочисленные пропорции: если раньше нестыковка вылезала где-то в одном месте, то теперь фальшивыми были все интервалы. Спасает то, что фальшь эта слишком мала, чтобы человеческое ухо могло ее услышать — ошибка составляет несколько сотых долей от интервала между двумя полутонами.

Как часто бывает с замечательными идеями, выяснить, кто первым до нее додумался, невозможно. Одним из таких людей был Симон Стевин, голландский инженер, который предложил разделить октаву на 12 равных частей. Интервал между частями, по его идее, должен был равняться корню в 12 степени из двух. Такое решение сложнее, чем пропорции простых чисел, оно убивало пифагорейские интервалы, зато одним махом разрубало весь узел проблем, которые накопились к тому времени из-за пифагорейского строя. Мы до сих пор используем 12-ступенчатый звукоряд, который состоит из семи нот (белые клавиши на фортепиано) и пяти полутонов между ними (черные клавиши).

У темперации были как заступники, так и противники. Среди ученых, которые выступали за темперацию, были, например, Галилео Галилей и его отец Винченцо, который считал, что «стерпится — слюбится»: пусть интервалы при равномерной темперации и «неправильные», но человеческое ухо легко может к этому адаптироваться.

Спор вокруг темперации выходил за рамки простой музыкальной теории или математики.

Выступая за или против нового строя, ученые апеллировали даже к богословию. Интервалы, выведенные Пифагором, считались данными свыше, божественными. Сомневаться в божественных правильных пропорциях целых чисел было греховно и противоестественно, точно так же, как подвергать сомнению геоцентрическую систему Вселенной.

Тем не менее в XVI—XVII веках книжная наука уступила место эксперименту и наблюдению и равномерная темперация стала брать верх. Галилей писал:

Консонанс и диссонанс

На протяжении столетий спор вокруг темперации шел потому, что одни звуки и созвучия консонансные, а другие — диссонансные. Консонанс слышать приятно и легко, а диссонанс вызывает в памяти такие ассоциации, «как кошке на хвост наступили», «как будто гвоздем по стеклу», «как будто ржавые петли скрипят». Чтобы стало понятно, что такое консонанс и диссонанс, нужно объяснить, как струна дает звук.

Беседуя с «Чердаком», композитор кино, выпускник МФТИ и РАМ им. Гнесиных Павел Жуков говорит: «Октава — это расстояние между двумя гармоническими колебаниями, точнее, длины волн этих гармонических колебаний соотносятся как 2:1. Получается, что одна волна, если мы рисуем синусоиду, пошла вверх, а потом вниз. А через одну они будут совпадать. И то же самое происходит со всеми целочисленными соотношениями, терциями и так далее — они через какое-то время совпадают. То есть они с каким-то периодом, пять длин волн, меньше или больше, они будут совпадать.

Если мы дергаем струну, возникает не только одно колебание, а возникает куча побочных, так называемые форманты или обертона. И вот эти обертона — это как раз первый обертон, это октавный обертон, следующий квинтовый, потом опять октавный, потом большая терция, потом малая септима. В общем, эти все звуки, которые прослушиваются в принципе неплохо, являются основой восприятия человеком звука. То есть те обертона, которые туда входят, воспринимаются консонансными. И туда не входит малая терция, кварта, и она долгое время считалась диссонансом, в эпоху Возрождения даже. Туда не входят секунда, септима большая и секунда малая».

Самые приятные, консонансные созвучия и правда образуют звуки с частотами, которые соотносятся одна к другой как целые числа. Например, «ля» первой октавы имеет частоту 440 герц, а «ля» второй — 880 герц. Интервал между ними — октава, и их частоты соотносятся в пропорции 1:2.

Почему консонанс столь приятен нашему уху? На это нет однозначного ответа. Вот что об этом сказал «Чердаку» начальник центра нейрокоммуникативных исследований Института Пушкина, нейробиолог, кандидат биологических наук Антон Варламов, который проводил исследования восприятия музыкальной гармонии:

«За последние годы у биологов формируется понимание, что любовь человека к музыке связана с тем, что человек — социальное животное, и, по сути дела, получение удовольствия от музыки — это артефакт способности человека к речевому общению. Нам нравятся консонантные сочетания звуков. Волкам нравятся консонантные сочетания, мухоловкам (певчая птица Ficedula hypoleuca — прим. «Чердака»), детям новорожденным нравятся. Вполне логично, если человек общается голосом, если по голосу можно судить о эмоциональном состоянии собеседника, то у нас будут эти механизмы и мы будем пытаться эти параметры отслеживать.

Может быть это (любовь к консонансу — прим. «Чердака») связано с тем, что чистые тона связаны с живыми существами, с другими организмами, с общением. Такие звуки четче выделяются из окружающей природы, окружающих шумов. Можно предположить, что тембральная окраска голоса человека, именно вторые дополнительные гармоники будут соответствовать консонансному аккорду, если этот человек бодр, здоров, силен и весел».

По словам Романа Олейникова, автора книги «Построение музыкальных систем», нам не то чтобы нравился консонанс — скорее, нам точно не нравится диссонанс. Консонанс лучше уже тем, что это не беспорядочный шум. Ведь гармонические колебания мозгу просто легче обрабатывать: если частоты накладываются друг на друга и не остается лишних отзвуков, которые отвлекают внимание, нервная система меньше перегружается. В исследовании 2012 года, например, результаты опроса испытуемых показали, что «успокаивающее ощущение консонанса описывается как отсутствие диссонанса».

Пифагор, возможно, в чем-то был прав и тут, хотя ничего не знал про нейробиологию, акустику и частоты. Колебания, которые нам нравятся, называются гармоническими, а нравятся нам их сочетания потому, что их частоты аккуратно накладываются друг на друга в пропорциях, которые обнаружил древний грек.